🦔Сказка про ёжика Пуговку: «Дракончик, носок и подушка»

В домике с круглым окошком, похожим на полную луну, каждый вечер случалось одно и то же чудо: ровно за десять минут до сна из дома исчезали важные вещи. То тапочек, то ложка, то хорошее настроение. В этот вечер пропал жёлтый сапожок с лягушкой на носке, и вместе с ним куда-то делось терпение ёжика Пуговки.

Пуговка вообще была миролюбивым существом: иголки торчали во все стороны, будто она вечно только что проснулась, а характер был мягкий, как та самая пропавшая ложка каши. Но иногда — вот прямо совсем иногда, обычно ближе к вечеру — внутри у неё просыпался кое-кто горячий и сердитый. Маленький дракончик. Он толкался, пыхтел и требовал выйти наружу немедленно, лучше с огнём.

В тот вечер Пуговка строила башню из кубиков: красный, синий, жёлтый, зелёный. Башня росла всё выше — почти до лампы! И тут рыжий котёнок, гонявшийся за собственным хвостом, врезался в неё боком. Башня рухнула, кубики раскатились по всему полу, а вместе с ними куда-то закатился один сапожок.

Дракончик внутри Пуговки проснулся мгновенно. Она топнула — раз! Топнула снова — два! Закричала так, что котёнок нырнул под диван, а чашки на полке тихо задребезжали в ответ. «Не хочу спать! Не буду искать сапожок! Всё сломалось!» — и рухнула на ковёр колотить кулачками по полу, чем немедленно напугала половицы.

Именно в этот момент в круглое окошко постучали — вежливо, по-соседски: тук-тук-тук. Пуговка даже перестала реветь от неожиданности. За стеклом сидел лохматый гном по имени Фу-Фу, в зелёной шляпе набекрень и с таким серьёзным лицом, будто он собирался читать вечерние новости.

«Га-га-га», — сказал Фу-Фу вместо «здравствуй», а потом добавил уже понятно: «Слышу дракончика. У тебя завёлся?» — «Никакого дракончика у меня нет», — буркнула Пуговка, хотя сама чувствовала, как что-то горячее ворочается внутри, требуя ещё покричать.

«Дракончик — это нормально, — сказал гном, забираясь в комнату через окно и совершенно не смущаясь беспорядка из кубиков. — Я сам недавно так разозлился, что чуть не съел свою шляпу». — «Съел?!» — Пуговка забыла даже про сапожок. «Нет, — честно признался Фу-Фу. — Но очень хотел. Дракончика нельзя выпускать прямо так, он же дышит огнём. Надо выпускать его в безопасное место».

Гном вытащил из-под дивана большую подушку — ту самую, лавандовую, пахнущую немного хвоей и немного бабушкиным пирогом. «Смотри», — сказал он и зарычал прямо в неё: «Р-Р-Р-Р!» Пуговка попробовала сначала тихо, потом громче, потом так, что котёнок под диваном прижал уши. Дракончик внутри сделал один большой выдох и стал заметно меньше.

«А теперь потопай! Только не со злости — как будто ты великан», — скомандовал Фу-Фу. Пуговка затопала уцелевшим сапожком по половицам: топ-топ-топ! А потом они вместе дышали — вдох носом, живот шариком, выдох ртом, будто ветер в листьях. Дракончик зевнул, свернулся клубком и уснул где-то в животе.

И тут, когда Пуговка обняла подушку покрепче, из неё вдруг что-то вывалилось на пол. Пропавший сапожок! Тот самый, с лягушкой, который якобы закатился под кубики. «Так вот куда он всегда прячется», — вздохнула Пуговка. Оказалось, в подушке была маленькая дырочка, и туда неделями проваливались то ложка, то игрушка, то, видимо, всё Пуговкино терпение сразу.

«Значит, дракончик злился не просто так, — задумчиво сказал Фу-Фу, — а потому что вещи всё время пропадали. Так даже гномы бы рассердились». Пуговка рассмеялась — тихо, будто пузырьки лопались один за другим — и они вдвоём зашили дырку куском старого носка, который тоже нашёлся внутри.

Потом они заново построили башню — ещё выше прежней, аж до самой лампы, а рыжий котёнок вылез из-под дивана и наблюдал за стройкой очень внимательно, не трогая ни единого кубика. Комната к тому времени порозовела от заката, и пахло маминым чаем с мятой — самое подходящее время для гнома собираться домой.

«Ты вернёшься?» — спросила Пуговка, когда Фу-Фу уже перелезал через подоконник. «Га, — донеслось снаружи вместе с мелькнувшей зелёной шляпой. — Если снова услышу дракончика. Или если опять сварят кашу с комочками — тогда я тоже прибегу спасаться подушкой».

Пуговка ещё немного посмотрела в круглое окошко, за которым уже загорались первые звёздочки, будто кто-то невидимый зажигал ночники по всему небу. Она надела оба сапожка сразу, для верности, и легла на подушку — ту самую, зашитую, пахнущую хвоей и покоем.

Дракончик внутри спал тихо-тихо, свернувшись маленьким тёплым клубком. Не страшный, не огромный — просто немножко горячий и совсем свой. Пуговка закрыла глаза, а рыжий котёнок тихонько засопел рядом, будто тоже решил, что на сегодня приключений достаточно.