🐿️Сказка про бельчонка Шишечку: «Тень уходит в отпуск»

Шишечка стояла у калитки с деревянной табличкой «Лесной садик имени Старого Пня» и держала маму за лапку так крепко, будто лапка была спасательным кругом, а вокруг — океан. Пахло мокрой корой и земляникой. Где-то за кустами кто-то очень старательно барабанил по пеньку, как будто проверял, не отвалится ли день.

— После полдника, — сказала мама и поцеловала Шишечку в ладошку. — Смотри, поцелуй остаётся здесь. Если станет грустно — приложи ладошку к щеке, и я сразу рядом. Только тихо, а то он стеснительный.

Шишечка кивнула, но ладошку сжала в кулачок и не разжимала. Мама ушла по тропинке, и её шаги становились всё тише, пока совсем не растворились в шорохе листьев. Шишечка села на пенёк. Пенёк был тёплый, как будто на нём только что сидело солнце.

Из-за куста высунулся ежонок в кепке, на которой было написано «Колючий». Кепка была ему велика и сползала на глаза, поэтому ежонок смотрел на мир в основном сквозь брови.

— Ты новенькая? — спросил он. — Тут правило: тени уходят в отпуск после обеда. Так что если увидишь, что у тебя тени нет — не пугайся. Она на море. Привозит магнитики.

Шишечка посмотрела на свою тень. Тень вела себя прилично и никуда не собиралась.

— Ещё не обед, — сказала Шишечка.

— Вот именно, — согласился ежонок. — Успеем.

Он взял её за лапку и повёл вглубь садика. В садике росли грибы, которые здоровались, если их вежливо обойти. Один гриб был похож на дедушку в шляпе, второй — на тётю, которая потеряла зонтик. Под большой елью сидела воспитательница — белка по имени Галина Петровна. Она носила очки на резинке и говорила быстро, как будто читала список покупок.

— Так, — сказала Галина Петровна. — Сегодня у нас важное дело. Мы собираем шишки для зимнего склада. Кто соберёт больше — тот получит право первым выбрать, какую песню петь на вечернем костре. Шишечка, ты умеешь отличать шишку от не-шишки?

— Наверное, — сказала Шишечка.

— Отлично! — Галина Петровна хлопнула лапами. — Остальные пусть учатся у тебя.

Шишечка пошла по тропинке. Сначала она просто собирала шишки, но потом заметила странное: её тень начала растягиваться, будто кто-то тянул её за угол. Шишечка посмотрела на небо. Солнце стояло высоко. Обед ещё не скоро.

— Колючий, — позвала она. — Моя тень куда-то девается.

Ежонок подошёл и присел на корточки, изучая тень, как будто это была карта сокровищ.

— Ого, — сказал он. — У неё чемодан. Видишь? Вон там, у самого края. Она, наверное, взяла отпуск раньше. Бывает. Некоторые тени очень ответственные.

Тень действительно тянулась к кустам, и на её краю виднелся маленький тёмный прямоугольник, похожий на чемодан. Шишечка хотела заплакать, но вспомнила про поцелуй в ладошке. Она приложила ладошку к щеке. Тепло. Мама рядом. Пусть и не видно.

— А что делать? — спросила Шишечка.

— Догонять, — сказал ежонок. — Если тень ушла в отпуск без разрешения, её надо вернуть до полдника. Иначе она привезёт магнитик, который некуда вешать.

Они побежали за тенью. Тень петляла между деревьями, ныряла под коряги, один раз даже попыталась спрятаться за грибом-дедушкой. Гриб-дедушка покачал шляпой, но промолчал. Тень выскочила из-за него и понеслась к ручью. У ручья сидела Галина Петровна и что-то записывала в блокнот.

— Тень? — переспросила она. — Это по моей части. У нас в садике каждая тень имеет право на отдых. Но не в одиночку. Если тень уходит одна, она может потеряться и потом всю жизнь будет показывать не то время.

— А что делать? — снова спросила Шишечка.

— Договориться, — сказала Галина Петровна. — Предложи ей что-нибудь взамен. Тени, они как дети. Любят, когда их слушают.

Шишечка подошла к своей тени. Тень замерла, будто прислушивалась.

— Слушай, — сказала Шишечка. — Я тоже иногда хочу в отпуск. Но если ты уйдёшь, мне будет одиноко. Давай ты подождёшь до вечера? А потом мы вместе пойдём домой, и я расскажу тебе сказку. Про гриб-дедушку. Он ведь тоже, наверное, скучает.

Тень подумала. Потом медленно вернулась на место и легла у ног Шишечки, как будто ничего и не было. Только чемодан исчез.

— Ух ты, — сказал ежонок. — Ты с ней договорилась. У меня так не получается. Моя тень вообще уходит в отпуск каждую среду и приносит ракушки. Мама говорит, что это нормально, но папа каждый раз проверяет, не перепутала ли она его носки.

Шишечка засмеялась. Впервые за утро.

После обеда они собирали шишки. Шишечка набрала целую гору. Ежонок набрал полторы горы, но половину горы съел, потому что перепутал шишки с орехами, а орехи с шишками. Галина Петровна сказала, что это называется «творческий подход», и разрешила ему выбрать песню вне очереди. Ежонок выбрал песню про тень, которая уехала на море и забыла купальник. Белка Галина Петровна смеялась так, что очки упали в ручей.

А потом пришла мама. Шишечка увидела её издалека — по шагам, по тому, как она чуть наклонялась вперёд, будто несла что-то невидимое, но очень важное. Шишечка разжала кулачок. Поцелуй в ладошке всё ещё был тёплый.

— Ну как? — спросила мама.

— Мы догнали мою тень, — сказала Шишечка. — Она хотела в отпуск, но я её уговорила остаться. И ещё мы собирали шишки. Колючий съел полторы горы. И гриб-дедушка здоровается, если его вежливо обойти. А завтра мы будем делать костёр и петь про купальник.

Мама улыбнулась.

— А грустила? — спросила она.

— Немножко, — честно сказала Шишечка. — Но потом перестала. Потому что у меня ладошка тёплая. И потому что тут интересно.

Вечером, когда они шли домой по тропинке, Шишечка обернулась. Лесной садик мигал светлячками, как будто прощался. Тень Шишечки шла рядом и больше не тянула чемодан. Только один раз оглянулась на кусты — но так, совсем чуть-чуть.

Дома Шишечка поставила на полку шишку. Она была похожа на маленького ежа, который решил притвориться шишкой, но забыл, как это делается. Шишечка погладила её и сказала шёпотом:

— Завтра вернёмся.

И тут же уснула, не дождавшись, пока мама поправит одеяло. А мама поцеловала её в ладошку — на всякий случай, чтобы утренний поцелуй не потерялся.