🚜Сказка про снегоуборочную машину Метелицу: «Метелица чистит ночные дорожки»

Когда город закрыл глаза и уснул, с неба начал падать снег. Тихий, мягкий, пушистый. Снежинки кружились и садились на крыши, на скамейки, на дороги. За одну ночь всё стало белым-белым, как облако.

В большом тёплом гараже стояла снегоуборочная машина по имени Метелица. Она была оранжевая, с круглыми фарами и широкой щёткой спереди. Щётка умела крутиться и сметать снег в сторону — вж-ж-ж-ж! Метелица потянулась, прогрела мотор и сказала себе: — Пора. Дел много, а ночь не бесконечная.

Ворота гаража открылись, и Метелица выкатилась на улицу. Снег тут же запорошил её крышу. — Щекотно! — засмеялась она и включила фары. Два жёлтых круга света упали на белую дорогу. Метелица поехала.

Первая остановка — садик. Там спали дети: кто обнял мишку, кто завернулся в одеяло, кто сунул ладошку под щёку. Окна были тёмными и тихими. Метелица посмотрела на них и почему-то сразу захотела работать особенно хорошо. Она опустила щётку и поехала вдоль дорожки. Вж-ж-ж — снег улетел вправо. Вж-ж-ж — дорожка стала чистой. Метелица проехала до самых ворот садика, развернулась и проехала ещё раз. Теперь дорожка блестела.

— Вот, — сказала Метелица довольно. — Утром мамы привезут детишек, и никто не застрянет в сугробе.

Она мигнула фарами тёмным окошкам садика — раз, два. Как будто пожелала спокойной ночи. И поехала дальше.

По дороге к больнице Метелица увидела кое-что интересное. Прямо посреди тротуара сидел рыжий кот и смотрел на снег с большим подозрением. Снег падал ему на нос, и кот каждый раз смешно морщился.

— Эй, рыжий, — окликнула Метелица. — Ты домой-то пойдёшь?

— Иду, иду, — буркнул кот. — Просто снег какой-то неправильный. Холодный очень.

— Он всегда такой, — сказала Метелица. — Ты иди, а я тут подчищу.

Кот встал, потряс лапами и затрусил к подъезду. Метелица проводила его взглядом и взялась за тротуар. Щётка крутилась, снег летел, и скоро дорожка была чистой — хоть танцуй.

Потом была больница. Там светилось одно окошко на втором этаже — кто-то дежурил. Метелица помахала этому огоньку фарами и принялась за работу. Дорожка к больнице была длинная и петляла между деревьями. Под одной ёлкой сидел нахохлившийся воробей. Он смотрел на Метелицу сонным глазом.

— Не боишься? — спросила Метелица, притормозив. — Я громкая, знаю.

— Не боюсь, — пикнул воробей. — Ты же работаешь. Это другое.

И он снова засунул клюв под крылышко. Метелица улыбнулась — насколько умеют улыбаться машины — и поехала дальше, стараясь объехать ёлку подальше, чтобы не очень шуметь рядом с птицей.

Потом был магазин. Дорожка перед ним оказалась совсем завалена снегом — целые сугробы намело у входа. Метелица не испугалась. Она разогналась чуть сильнее, щётка закрутилась быстрее, и снег полетел в стороны широкими белыми волнами. Бух! Бух! Бух! Три прохода — и готово. Метелица даже немного загордилась.

За магазином был тихий переулок, где жила бабушка. Каждое утро она выходила за хлебом, шла медленно и осторожно. Метелица знала это и прошлась по переулку три раза, пока не осталось ни одного скользкого пятнышка. Потом подумала — и прошлась ещё раз для верности.

Возле детской площадки Метелица остановилась на минутку. Горка, качели, маленький домик — всё было в снегу. Метелица аккуратно расчистила дорожку к горке. Щётку она крутила помедленнее, чтобы снег не летел на горку, а то детям не с чего будет съезжать. Она вообще умела думать о таких вещах.

— Пусть катаются, — сказала Метелица и поехала дальше.

К концу ночи снег перестал. Небо стало светлеть — сначала чуть-чуть, потом всё сильнее. Звёзды начали гаснуть одна за другой, как будто кто-то тихонько щёлкал выключателем. Метелица посмотрела на город. Дорожки блестели. Улицы были ровными и чистыми. Город всё ещё спал, но уже скоро должен был проснуться.

— Успела, — сказала Метелица. Голос у неё стал чуть тише, чуть медленнее. Мотор гудел уже не бодро, а как-то убаюкивающе: р-р-р-р-р. Колёса катились сами, почти без усилий. Метелица ехала назад в гараж, и снег мягко скрипел у неё под колёсами.

В гараже было тепло. Пахло маслом и немного железом. Метелица въехала на своё место, заглушила мотор и почувствовала, как всё внутри стихает. Фары погасли. Щётка остановилась. Тишина обняла её со всех сторон, тёплая и мягкая, как снег, который она сгребала всю ночь.

Метелица закрыла глаза — круглые, жёлтые — и уснула. И приснились ей пушистые снежинки, чистые дорожки и воробей под ёлкой, который сказал: не боюсь, ты работаешь, это другое. Приснился рыжий кот, который потряхивал лапами, и горка, с которой с визгом катились дети. Метелица тихонько засопела, и в гараже стало совсем тихо, только снаружи медленно-медленно просыпался город.