📖Сказка про крота Тошу: «Крот, который рыл вверх»

На двери висела табличка, написанная фломастером: «Сюда можно. Но только если ты не дождь». А под дверью лежала записка. Мокрая.

«Привет. Это Тоша. Я вижу, ты не пускаешь дождь. А я, между прочим, из-за него и пришёл. У меня в норе вода по колено. У тебя сухо?» Хозяин комнаты нахмурился. Тоша? Это кто ещё такой? Он перечитал записку три раза. Буквы были кривые и пахли мокрой шерстью. Тогда он взял синий фломастер и написал ответ крупно, чтобы даже кривые буквы поняли: «Тоша, я тебя не знаю. Ты кто? Пиши разборчивее. И не мокни, пожалуйста. Дверь деревянная, ей будет неприятно». Записка мгновенно стала мокрой и исчезла под дверью. Через минуту приползла новая.

«Я крот. Но не такой, как другие. Другие кроты роют вниз, а я рою вверх. Потому что внизу вода. А вверх — это к тебе. Можно я у тебя немножко подсохну? Обещаю пахнуть почти нормально». Хозяин комнаты задумался. Крот, который роет вверх? Это вообще законно? Он приоткрыл дверь на щёлочку и увидел на пороге маленькое, мокрое, недовольное существо в шерсти, из которой торчали две дождевые капли. — Ты точно крот? — спросил он. — Я точно голодный, — сказал крот Тоша и поднял лапки. — И у меня тапок уплыл. Один. Левый. — Правому, значит, повезло, — сказал хозяин. — Правый — тоже уплыл, — вздохнул Тоша. — Но он раньше. Он уплыл ещё в среду. А левый уплыл сегодня. Так что теперь у меня ноль тапок. Зато две мокрые лапы.

Хозяин пустил его в комнату. Тоша сел на ковре и стал сохнуть. От него шёл запах мокрой земли и чего-то очень старого, как из бабушкиного сундука. — У тебя красивый ковёр, — сказал Тоша. — А у меня в норе вода и один фонарик. Фонарик не работает, но он красивый. Хозяин посмотрел на ковёр, потом на крота, потом на записки под дверью. — Слушай, — сказал он. — А если ты роешь вверх, может, ты можешь прорыть туннель не к потолку, а вбок? Тоша вытаращил глаза. Это было непросто, потому что глаза у крота — как две маленькие бусинки. — Вбок? — переспросил он. — Я не пробовал. Вбок — это же туда, где соседи. — А у тебя кто соседи? — Слева — барсук. Он ворчит. Справа — старая ежиха. Она вяжет носки. Скучно вяжет, долго. А подо мной — дождевой червяк по имени Гоша. Он всё время стучит. Не знаю, куда он стучит, но ночью очень громко.

Хозяин хлопнул в ладоши. — Так вот что мы сделаем. Ты прореешь туннель к барсуку. У него наверняка сухо. И у ежихи. И у Гоши. И скажешь им: «Здравствуйте, я крот Тоша, я рою вверх, но могу и вбок. Давайте меняться. Вы мне — сухую нору, а я вам — туннели. Кто хочет к соседу, тот идёт через мой туннель. И никакого дождя сверху». Тоша долго молчал. Потом сказал: — А тапки? Тапки кто вернёт? — Тапки найдут, — сказал хозяин. — Ты их сам найдёшь. По дороге. Ты же крот. Тоша встал. Он вдруг стал выше ростом, хотя был маленький. — Я пошёл, — сказал он. — Но у меня к тебе дело. Напиши мне записку, чтобы я не забыл. И чтобы барсук поверил. Он не верит, если без бумажки.

Хозяин взял листок и написал печатными буквами: «Это Тоша. Он хороший. Пустите его в нору. Пожалуйста». И внизу пририсовал крота с тапком. Тапок получился как калоша, но Тоша сказал, что сойдёт. Он ушёл, унося записку под мышкой. А утром под дверью лежала новая записка. Сухая. И пахла уже не мокрой шерстью, а сухими листьями и чем-то тёплым, как пирог. «Туннель готов. Барсук ворчит, но пустил. Ежиха связала мне шапку. Гоша стучит тише, потому что стучит теперь в стенку туннеля, а не в потолок. А я нашёл тапки. Оба. Правый был у Гоши, левый у ежихи. Они думали, это лодки. Смешные. Приходи в гости. Вход со двора, третья лужа налево, потом вверх. Тоша. Принеси фонарик. Я свой починил, но он всё равно не работает. Но красивый».

Хозяин улыбнулся, сложил записку под подушку и закрыл глаза. За окном шуршал дождь. Где-то под землёй, вбок от его дома, шёл крот в связанной шапке и с двумя тапками под мышкой. И это было самое сухое место на свете.