🚜Сказка про комбайна Колоска: «Колосок и тёплое гнёздышко»

На краю большого поля стоял комбайн Колосок. Он был рыжий, как осеннее солнышко, с широкими колёсами и длинным носом-жаткой, которым срезал пшеницу. Каждое утро он просыпался вместе с петухом, фыркал мотором, и поле наполнялось тёплым гулом и запахом свежего хлеба.

В тот день пшеница стояла до самого горизонта — золотая, тугая, тяжёлая от зерна. Колосок выехал на первый ряд и пошёл не торопясь, покачиваясь на кочках, как большая рыжая лодка в море колосьев. Впереди синело небо, но с запада уже тянулась серая полоска туч. Фермер ехал рядом на маленьком тракторе и поглядывал на небо тревожно.

— Колосок, не зевай! — крикнул фермер. — Дождь к вечеру придёт, надо успеть!

— Успеем! — басом ответил Колосок и прибавил обороты. Жатка зашумела громче, золотые стебли ложились ровными рядами, воробьи взлетали с шумом и криком. Хорошо шла работа. Весело.

Но вдруг Колосок встал. Прямо посреди ряда, как вкопанный. Жатка замерла. Мотор перешёл на тихое урчание. Колосок даже не сразу понял сам, почему остановился — просто что-то внутри сказало: стой.

В самой гуще колосьев, в маленькой ямке, выстланной сухой травой и пухом, лежало гнездо. А в гнезде — трое мышат. Крохотные, розовые, с закрытыми глазками. Они даже не знали, что рядом стоит огромная рыжая машина и смотрит на них.

Колосок долго молчал. Потом вздохнул так, что из трубы вырвалось облачко дыма.

— Вот так дела, — сказал он себе тихо. — Куда же вас деть, маленькие?

Мышата зашевелились — будто почувствовали чужое дыхание. Один повернул крохотный нос в сторону Колоска, пошмыгал им и снова уткнулся в пух. Колосок невольно улыбнулся — ну как тут не улыбнуться, даже если ты большая железная машина.

Фермер подъехал, выглянул из трактора, почесал затылок. С запада уже тянуло влажным ветром, и по небу поползли тучи — серые, тяжёлые, набрякшие дождём.

— Беда, — сказал фермер. — Дождь не ждёт. Но и трогать нельзя — мышата-то совсем крошечные.

Колосок думал недолго. Он медленно попятился, развернулся и поехал вокруг гнезда — широкой дугой, осторожно, будто шагал по тонкому льду. Потом снова объехал. И ещё раз. Так он оставил вокруг гнезда маленький круглый островок — плотный, нетронутый, из живых колосьев. Получилась настоящая крепость из пшеницы: и от ветра укроет, и от дождя немного защитит.

— Хитро придумал, — одобрил фермер и даже хлопнул в ладоши. — Ну, давай, давай, нам ещё половину поля убирать!

Колосок фыркнул довольно и поехал дальше. Жатка снова зашумела, стебли снова легли ровными рядами. Воробьи вернулись и принялись деловито собирать зерно за Колоском — маленькие серые помощники с растрёпанными хвостами. Один особенно смелый уселся прямо на капот и долго ехал так, поглядывая по сторонам с важным видом.

— Слезай, щекотно! — пробурчал Колосок добродушно. Воробей пискнул и улетел.

Он работал до самого вечера, пока последний луч солнца не спрятался за тучу. Успели. Поле было чистым, зерно — в амбаре. А маленький пшеничный островок стоял посреди стерни, как круглая пушистая шапка среди голой земли.

Ночью пошёл дождь. Сначала тихонько — кап, кап, кап по крыше сарая, где стоял Колосок. Потом громче, сильнее, зашумел всерьёз. Колосок лежал в темноте и думал про мышат. Тепло ли им? Не страшно ли? Дождь барабанил по его рыжей крыше, ветер гудел в щелях сарая, и Колосок думал, думал, пока не задремал под этот шум.

Снилось ему поле — летнее, без туч, с синими васильками по краям. И три маленьких мышонка бегают по колосьям, смеются, а колосья качаются и звенят. Хороший сон приснился Колоску в ту ночь.

Утром всё поле блестело от капель, пахло землёй и свежестью. Колосок выехал на поле первым. Он сразу посмотрел на свой островок. Колосья стояли, чуть примятые дождём, но целые. Колосок подъехал ближе и заглянул в гнездо. Мышата спали, прижавшись друг к другу, тёплые и сухие.

А на самом верхнем колоске, прямо над гнездом, висел маленький венок из синих васильков. Откуда он взялся — неизвестно. Может, ветер принёс. Может, полевая мышь-мама сплела ночью и повесила, пока все спали. Васильки были ещё влажные от дождя и пахли так хорошо, что Колосок долго стоял и нюхал воздух, и урчал мотором совсем-совсем тихо, чтобы не разбудить малышей.

Фермер подошёл, увидел венок и улыбнулся. Ничего не сказал. Просто похлопал Колоска по тёплому боку ладонью. И этого было достаточно.

Колосок тронулся домой медленно, не торопясь. Утреннее солнце уже поднималось над горизонтом, сушило мокрую стерню, сверкало в каждой капле. День только начинался, и впереди было много хороших дел. А синий венок ещё долго покачивался над гнёздышком — тихо, как маятник часов перед сном.