🐲Сказка про дракончика Урюка: «Дракончик Урюк и тихая ночь»

В маленьком селении у подножия синих гор наступила самая тихая ночь в году. Настолько тихая, что слышно было, как в чайхане остывает чайник: «пшш… пшш…» — и как за стеной у соседей тихонько храпит ослик, будто кто-то пилит маленькой пилой.

Девочка сидела на ковре у окошка. Ей не спалось. И тут она услышала: «Тук. Тук-тук. Тук-тук-тук-тук…» — барабанило прямо в её дверь, ритмично и настойчиво, как будто кто-то отбивал чечётку. На пороге стоял маленький дракон размером с большую собаку. Чешуя у него была цвета урюка, а из ноздрей вылетал запах горячих лепёшек и почему-то немного — палёной шерсти.

— Я — Урюк, — сказал дракон. — Я, видите ли, не могу уснуть. И, что хуже, из-за меня не спит всё селение. Я тут чихнул — и в соседнем дворе ослик упал с ног. Испугался. Девочка посмотрела на него. Урюк переступал с лапы на лапу и явно стеснялся.

— Значит, — сказала девочка, — надо тебя уложить. Я читала одну книжку. Там было пять правил. Пять! И все — про то, как уложить спать дракона. — Пять — это много, — вздохнул дракон. — Я и на одно не согласен.

— Правило первое: тёплое молоко с мёдом, — объявила девочка и принесла пиалу. Урюк лизнул. Потом ещё раз. Потом выпил всю пиалу залпом и заявил: — Вкусно. Но теперь у меня в животе бурчит, как трактор. Я от этого бурчания ещё сильнее не сплю. Девочка задумалась.

— Правило второе: сказка на ночь. Она села и начала рассказывать про девочку, которая нашла в арбузе дверь. Урюк слушал-слушал, а потом перебил: — А что за дверью? А кто там жил? А почему арбуз? Я теперь всю ночь буду думать, что за дверью. Не работает правило. Ты, случайно, не сама эту сказку придумала? — Сама, — призналась девочка. — Ага. Тогда правило не считается, — важно сказал дракон. — Ты, главное, не обижайся. Ты хорошо придумываешь. Но спать от этого не хочется.

Мимо окна проплыл месяц. Он был похож на ломтик дыни, который кто-то забыл на небе. — Правило третье: посчитать овец, — сказала девочка. — Ну уж нет, — фыркнул Урюк. — Я дракон. Я посчитаю драконов. Один дракон, два дракона, три… Слушай, а красиво. Я — один, а могло быть три. Три дракона — это же целая гора. А на горе… И он опять разговорился. Девочка поняла: считать нельзя никого. Ни овец, ни драконов. Потому что дракон — это такой зверь, который от всего разговаривает.

— Правило четвёртое, — вздохнула она. — Свет погасить. Она щёлкнула выключателем. Стало темно. И тут Урюк чихнул. От его чиха зазвенел чайник у соседей, а месяц за окном, кажется, подпрыгнул. — Ой, — прошептал дракон. — Я не специально.

Девочка замерла. В темноте было слышно, как далеко-далеко, за горами, кто-то храпит. Это спал большой каменный дракон — тот самый, что живёт в скале и не просыпался уже сто лет. И тут девочка поняла. — Урюк, — сказала она. — А ты не пробовал не засыпать, а наоборот? — Как это — наоборот? — Каменный дракон спит, потому что ему сто лет никто не рассказывал ничего нового. А ты не спишь, потому что тебе всё интересно. Ты не устаёшь, ты любопытный. Ты не хочешь спать. Ты хочешь узнать, что за дверью в арбузе. Урюк моргнул. — И что делать?

— Давай придумаем тебе сон, — сказала девочка. — Такой, чтобы в нём было интересно. Не засыпать, а путешествовать. Ты закроешь глаза и полетишь в свой собственный кишлак. Где ты — главный. Где все лепёшки — твои. И где никто не боится, когда ты чихаешь. — А ослик? — И ослик. Ослик будет первым министром. Потому что он смелый. Он просто не привык к драконам.

Урюк задумался так сильно, что даже перестал топать лапами. Потом лёг на пол, свернулся клубком — и вдруг засопел. Тихо-тихо, как чайник на самом маленьком огне. А девочка легла рядом. И ей вдруг тоже стало тепло и спокойно — от запаха лепёшек и от того, что рядом кто-то большой и тёплый.

За окном месяц наконец расслабился и поплыл дальше. А в селении стало слышно, как закрывается чайхана: «скр-р-рип… щёлк». И это был самый уютный звук на свете. Потому что пятое правило, которое девочка так и не назвала, было самым простым: чтобы кто-то уснул, ему нужно придумать такое место, куда хочется вернуться. Даже дракону. Особенно дракону.