🐰Сказка про зайчонка Шуршанчика: «Поезд, который ехал во сне»

Зайчонок Шуршанчик собирался на море — а поезд стоял и спал. Ну как спал: пыхтел тихонько, как чайник, который устал быть чайником. До отправления оставалось десять минут, а он даже глаз-фар не открывал.

«Ничего, — сказал Шуршанчик. — У меня есть инструкция». Он достал бумажку, которую утром подсунул под дверь старый проводник с усами, похожими на две метёлки. На бумажке было написано: «ПРАВИЛО ПЕРВОЕ: поезд просыпается, если громко крикнуть „ТУ-ТУ“». Зайчонок набрал воздуха и крикнул: «ТУ-ТУ!» Поезд всхрапнул и перевернулся на другой бок, то есть на другие колёса. Только пыль из-под вагонов — пфф.

«Правило второе: пощекотать ему брюхо». Шуршанчик пощёкотал рельс. Поезд засопел и пустил из трубы маленький пузырь. Взрослые на перроне зааплодировали, будто это был цирк. А поезд не поехал.

«Правило третье: дать ему конфету». Зайчонок положил карамельку на рельс. Тут же прибежала ворона в синей кепке, сказала: «Кар! Спасибо, любезный!» — и унесла конфету вместе с бумажкой, где было правило четвёртое, а может, и пятое.

Остался Шуршанчик с поездом, вороной и пустыми руками. И тут он заметил: поезд во сне причмокивает и бормочет: «...ещё вагончик печенья... и цистерну какао...»

Зайчонок подумал: а что, если поезду просто снится, что он уже едет? А если он едет — значит, ему не надо просыпаться, чтобы ехать!

Он встал у трубы и зашептал, как мама перед сном: «Поезд едет, вагоны качаются, шпалы стучат: тук-тук, тук-тук...» Поезд улыбнулся во сне и тихонько покатился. Медленно-медленно, будто ему и правда снилось море.

Ворона в кепке закричала: «Кар! Все на борт, он же едет во сне!» Взрослые схватили чемоданы, чемоданчики и один арбуз — и запрыгнули. Поезд ехал всё быстрее, шпалы стучали: тук-тук, тук-тук, а из трубы пахло какао, потому что во сне у него как раз была цистерна.

А когда впереди заблестело море, поезд открыл один глаз-фару и сказал хрипло: «Ох. А мы уже приехали? Я так хорошо спал по дороге». И все вышли на тёплый песок, а поезд остался досыпать под шум волн — теперь уже по-настоящему.

Шуршанчик лежал на песке, слушал, как шуршат волны, совсем как шпалы, и думал, что теперь-то уж точно заснёт. Ворона в кепке устроилась рядом, натянула кепку на глаза и каркнула вполголоса: «Кар. Спокойной ночи, любезный».