Малыш и облачный склад

Малыш и облачный склад

В доме у Малыша был один секрет: все носки в ящике жили парами, как в Роблоксе — только там аватары ходят парами, а тут носки. И если один носок терялся, второй скучал и ворчал по ночам: «Ну и где мой? Опять в стирке застрял, как в лабиринте!»

Но это не главная странность. Главная была на небе. Облака там продавали по килограмму. На облачном складе — прямо над бабушкиным балконом — висела вывеска: «Свежие кучевые. Сегодня по акции: два кило — третье в подарок. Дождевые — строго по талонам».

Малыш узнал об этом случайно. Он сидел на подоконнике и строил в Роблоксе парк аттракционов, как вдруг прямо в форточку влетел маленький толстый гном. Шляпа — как перевёрнутое ведро, борода — из солнечных лучей, а в руках — безмен.

— Отвечай быстро! — сказал гном. — Тебе облако какое: пышное или дождевое? Только учти, дождевое тяжелее. Я — Гриша, весовщик. У меня обед, а я тут с тобой болтаю.

— Мне... пышное? — растерялся Малыш.

— Пышное — сто грамм на ладошку. Но у меня беда: все облака на складе перемешались. Кто-то чихнул — и они слиплись в одну большую тучу. А вечером прилетит гроза и всё испортит. Нужно разобрать по весу. А я не умею делить, я только взвешивать умею.

Малыш задумался. В Роблоксе он строил парки и делил ресурсы с друзьями. Тут тоже надо было делиться. Но как?

— А давай, — сказал Малыш, — мы её не будем делить по граммам. Давай отдадим её туче-великану для полива. У бабушки на грядках засуха. Пусть прольётся.

Гриша засопел, поправил ведро-шляпу и сказал:

— Это не по инструкции. Но по-честному. Только как мы её сдвинем? Она вон какая — на полнеба.

Тогда Малыш вспомнил про второстепенного героя — старого воздушного змея по имени Прошка, который жил на шкафу и вечно жаловался, что его забыли. Прошка был с характером: он говорил скрипучим голосом, как несмазанная дверь, и обожал, когда его хвалят.

— Прошка, — позвал Малыш, — помоги сдвинуть тучу. Ты же самый сильный змей на свете!

— Я? — скрипнул Прошка. — Ну наконец-то! Я ждал этого пять лет! Держите меня крепко!

Малыш взял Прошку за хвост, Гриша — за верёвку, и они вместе потянули тучу к бабушкиному огороду. Туча была мягкая, как вата, и пахла мокрым асфальтом. Она пыхтела и упиралась, но всё-таки поползла.

И тут случилось маленькое чудо: туча не пролилась дождём, как все думали. Она чихнула — апчхи! — и рассыпалась на тысячу маленьких облачков. Каждое облачко подлетело к своей грядке: к морковке, к укропу, к редиске. И полило ровно столько, сколько нужно. Ни грамма больше.

Гриша ахнул, сел на безмен и сказал:

— Вот это да. Я думал, надо делить по весу, а надо было просто поделиться. Пойду напишу новый учебник.

А Прошка гордо надулся и заявил:

— Ещё бы! Я же герой. Меня на шкафу не зря держали.

Бабушка вышла на крыльцо, посмотрела на облачка над грядками и всплеснула руками:

— Ну надо же! Само полилось! Вот бы носки так сами в пары собирались.

И тут же из ящика донеслось ворчание: «Мы сами! Мы сами! Мы просто в отпуске были!»

Малыш засмеялся. Он понял, что делиться — это не отдавать последнее, а находить, кому нужнее. И ещё понял, что бояться — это нормально, но если рядом друг с ведром на голове и змей с характером, то бояться некогда.

Он лёг в кровать. За окном облачка укладывались спать — каждое на свою грядку. Гриша ушёл домой, шлёпая по лужам. Прошка вернулся на шкаф и довольно скрипнул.

А носки в ящике наконец-то помирились и уснули, прижавшись друг к другу — пара к паре.