Малыш и самый быстрый трак

Малыш и самый быстрый трак

У Малыша был трак. Не просто трак — а самый лучший трак на свете. Красный, с жёлтыми колёсами, с кузовом, который откидывался со щелчком. Малыш возил в нём камушки, песок, иногда даже печенье — один раз, тайно. Трак пах резиной и немножко летом.

Малыш брал его на прогулку каждый день. И в тот вторник тоже взял.

На площадке уже кто-то был. Тимофей. Он жил в соседнем доме и всегда говорил громко — даже когда шептал. А ещё он никогда не стоял на месте: всё время крутился, подпрыгивал, смотрел по сторонам.

— О! Трак! — сказал Тимофей и сразу подбежал. — Дай порулить!

Малыш крепче сжал трак.

— Нет.

— Ну да-а-ай! Я только чуть-чуть!

— Нет, — сказал Малыш. — Он мой.

Тимофей надул губы. Потом лёг на живот прямо в песок и стал смотреть, как Малыш возит трак по дорожке. Трак грохотал колёсами по асфальту — дррр-дррр-дррр.

Малыш возил. Тимофей смотрел. Было немного неловко.

Потом Тимофей вдруг сел и сказал:

— А у меня есть подъёмный кран. Дома. Он жёлтый и стрела поворачивается.

Малыш остановил трак.

— Настоящая стрела?

— Ну не настоящая. Но крутится по-настоящему. Я б принёс, но он тяжёлый.

Малыш задумался. Он никогда не видел крана со стрелой, которая крутится. Он даже представил: кран грузит камни в кузов, стрела поворачивается — скрип-скрип — и камень летит прямо в трак.

— Слушай, — сказал Малыш медленно. — А давай меняться? Ты принесёшь кран, я дам тебе трак. Потом поменяемся обратно.

Тимофей вскочил так быстро, что песок полетел во все стороны.

— Идёт!

Он умчался. Малыш сел на край песочницы и стал ждать. Солнце грело макушку. Где-то каркала ворона. Трак стоял рядом — красный, спокойный, свой.

Тимофей вернулся через пять минут. Он и правда тащил кран — большой, жёлтый, с длинной стрелой на верёвочке. И пыхтел при этом ужасно.

— Вот, — сказал он и поставил кран на асфальт. — Тяжеленный зараза.

Малыш дал ему трак. Осторожно, двумя руками.

— Кузов откидывается вот тут, — сказал он. — Только не сломай защёлку.

— Я аккуратно, — пообещал Тимофей и почему-то перешёл на шёпот. Первый раз за весь день.

И тут началось.

Малыш крутил стрелу крана — она и правда поворачивалась, со звуком тихого «вжик». Он набирал в кузов песок, поднимал стрелой — ну, понарошку — и высыпал горку. Тимофей гонял трак по всей дорожке, загружал его камушками, привозил к крану. Кран разгружал. Трак ехал обратно.

Они строили порт. Или стройку. Или что-то среднее — они и сами не договорились, но это было неважно.

Ворона слетела пониже и смотрела на них с ветки. Наверное, тоже интересовалась.

Когда мама позвала Малыша домой, он удивился — казалось, прошло минут десять, а прошёл целый час.

Они с Тимофеем обменялись обратно. Трак вернулся к Малышу — тёплый от солнца и чуть пыльный.

— Завтра придёшь? — спросил Тимофей.

— Приду, — сказал Малыш.

— Я ещё экскаватор принесу. У него ковш открывается.

Малыш посмотрел на него.

— Серьёзно?

— Ага. Только он ещё тяжелее крана.

Малыш засмеялся. И пошёл домой — трак в руках, ветер в ухо, и уже немного предвкушение завтра.

Вечером, лёжа в кровати, он держал трак рядом на подушке. Красный, жёлтые колёса, защёлка на кузове — целая.

Завтра будет экскаватор с ковшом. И стройка. И пыхтящий Тимофей.

Малыш зевнул и закрыл глаза.

Трак никуда не делся. Он был здесь. И всё было хорошо.