Малышка и дракончик внутри

Малышка и дракончик внутри

В одном уютном городе, где по ночам фонари светили мягким золотым светом, как маленькие солнышки, жила девочка Малышка. Она очень любила Леди Баг — смелую, ловкую, настоящую супергероиню. У Малышке был красный рюкзачок с чёрными точками, красные заколки и даже красные кеды. Она была уверена, что когда-нибудь тоже станет героиней.

Однажды утром Малышка решила сделать волшебный щит — такой, как у Леди Баг. Она нашла большую картонную коробку, взяла красную краску и кисточку. Но краска никак не хотела ложиться ровно — она растекалась и капала прямо на пол. Малышка попробовала ещё раз. Снова не так. Потом ещё раз.

И вдруг внутри неё что-то как будто вспыхнуло.

Малышка топнула ногой — раз, два, три! Она закричала так громко, что кот Мармелад со второго этажа спрыгнул с подоконника и спрятался под кровать. Она бросила кисточку и снова топнула. Краска на полу расплылась в большое красное пятно. Буря внутри бушевала.

В этот момент с балкона послышалось покашливание.

На перилах сидела маленькая сова. Не простая — с круглыми очками из жёлтых листиков и шарфом, завязанным бантиком. Звали её Пыхта. Она была волшебной совой, которая умела видеть бури внутри людей.

— Хм-хм, — сказала Пыхта деловито. — Вижу, вижу. У тебя внутри дракончик разошёлся.

Малышка сердито посмотрела на сову.

— Никакого дракончика нет! — крикнула она. — Просто всё не так!

— Конечно не так, — согласилась Пыхта совершенно спокойно и поправила очки крылом. — Дракончик всегда появляется, когда очень-очень хочется, а не получается. Он есть у всех, даже у меня. Однажды я три дня не могла завязать этот шарф бантиком. Три дня! Я рычала в подушку.

Малышка на секунду перестала топать.

— Ты рычала в подушку?

— Ещё как, — сказала Пыхта без стеснения. — Потому что дракончика нужно выпускать. Только аккуратно, чтоб никому не обжечься. Хочешь, покажу?

Малышка хмуро кивнула. Буря внутри ещё бурлила, но чуть тише.

— Сначала, — сказала Пыхта, слетев с перил и приземлившись рядом, — возьми подушку. Вот эту, мягкую.

Малышка взяла подушку с дивана. Она пахла домом и немножко лавандой.

— Теперь рычи в неё! Громко! Дракончик любит, когда его слышат.

Малышка прижала подушку к лицу и порычала. Сначала тихо. Потом громче. Потом совсем громко — у-р-р-р-р! Подушка мягко поглотила звук. Стало немного легче.

— Хорошо, — одобрила Пыхта. — Теперь потопай ногами. Сильно, как слон!

Малышка потопала — бум, бум, бум! И засмеялась, потому что сама стала похожа на смешного слона.

— А теперь дыши, — тихо сказала Пыхта. — Медленно. Носом внутрь — раз, два, три. Ртом наружу — раз, два, три. Дракончик устал и хочет отдохнуть.

Малышка дышала. Раз-два-три. Раз-два-три. За окном качалась ветка, и тень от неё качалась по стене туда-сюда, туда-сюда.

— Пыхта, — сказала наконец Малышка тихо, — а можно попросить обнимашку?

— О, — сказала сова с достоинством, — это лучшее средство. Иди к маме.

Малышка побежала на кухню, где мама резала яблоки, и обняла её прямо так — крепко-крепко, уткнувшись носом в мягкий свитер. Мама пахла яблоками и чем-то тёплым. Она обняла Малышку в ответ и ничего не спросила — просто держала.

Дракончик тихо свернулся клубочком и уснул.

Когда Малышка вернулась к коробке, Пыхты на балконе уже не было. Только на перилах лежало маленькое жёлтое листочковое очко — как будто специально оставленное на память.

Малышка посмотрела на коробку. На краску. На кисточку.

Она взяла кисточку снова. На этот раз рисовала медленно, чуть высунув язык от старания. Щит получился не идеально ровным — но он был настоящим. Красным. С одной большой чёрной точкой посередине.

Вечером, когда фонари за окном зажглись золотым, мама читала Малышке книжку. А в голове у Малышке было тихо и хорошо.

Она знала теперь кое-что важное: настоящие героини не те, кто никогда не злится. Настоящие героини умеют справляться с бурей — и продолжать делать своё дело.