Как Малышка выпустила дракончика

Как Малышка выпустила дракончика

Я — тапок. Левый. Домашний тапок Малышки. И скажу вам честно: быть тапком — большая ответственность. Пять дней в неделю я отдыхаю под кроватью, но иногда по мне топчутся — и тогда я знаю всё, что происходит в доме. Особенно если топчутся сердито.

А в тот вечер топали так, что из меня чуть поролон не выпрыгнул.

Дело было так. Малышка хотела надеть свою бальную принцессную корону — с блёстками, которые мама потом полгода выковыривает из ковра. Но корона была на верхней полке, а Малышке сказали: «Сначала убери кубики».

И тут началась буря.

Нет, не настоящая. Настоящие бури гремят за окном, а эта гремела прямо в комнате. Малышка топнула ногой — и я подпрыгнул. Топнула ещё раз — и я спрятался за дверью, потому что у меня чувствительная подошва. Она топала, кричала «это нечестно!» и «я не хочу убирать!», и от этого всё в комнате дребезжало: чашка на столе звенела, шарики в коробке подпрыгивали, а мой сосед — старый будильник Тик-Так — тихонько сказал:

— Ох-ох. Похоже, у нас внутри кто-то включил отбойный молоток. А у меня стрелки и то тише ходят.

Малышка топнула последний раз, плюхнулась на ковёр и засопела. Из глаз у неё капали слёзы — и попадали прямо на меня. Скажу честно: не самый приятный душ в моей тапочной жизни.

И тут в комнату вошла бабушка. Не с криком, не с нравоучениями — а с подушкой.

— Ой, — сказала она, — кажется, в этой комнате завёлся дракончик. Маленький, зелёный, с топотом. Ты его видела?

Малышка подняла голову и шмыгнула носом.

— Нет тут никакого дракончика, — буркнула она.

— Как — нет? — Бабушка присела рядом. — А кто это топал так, что чашка звенела, а мой левый тапок уехал под дверь? Я, между прочим, его потом еле нашла. Ты бы видела, как он обиделся.

Я тихонько кивнул. Обиделся — это мягко сказано.

— Дракончики, знаешь, у всех бывают, — продолжила бабушка спокойно. — У меня тоже. Когда я была маленькой, мой дракончик однажды так топал, что с полки упала банка варенья. Вот это была буря! Вся кухня стала липкая, а кот потом три дня ходил с вареньем на усах.

Малышка фыркнула — почти засмеялась.

— Но дракончика нельзя держать внутри, — сказала бабушка. — Он там мается, скребётся и портит настроение. Его нужно выпускать. Только по-доброму.

— Как это — по-доброму?

— А вот так. Хочешь — потопай, но не по полу, а по подушке. Порычи в неё: «Р-р-р!» — и послушай, какой у тебя голос. Подыши, как дракончик: вдох — носом, выдох — как будто свечку задуваешь. А потом скажи: «Мне нужна обнимашка». И всё.

Малышка посмотрела на подушку. Подушка была пухлая, с нарисованным облаком. И Малышка попробовала.

Топ-топ — по подушке. Совсем не страшно. Даже смешно. Один раз — «Р-р-р!» — в подушку. Подушка не обиделась, только пух в стороны полетел. Подышала. Вдох — выдох. Вдох — выдох. И вдруг почувствовала: внутри стало тихо-тихо, как будто дракончик свернулся калачиком и уснул.

— Бабушка, — сказала Малышка тихо, — мне нужна обнимашка.

И бабушка обняла её крепко-крепко. Пахло от бабушки пирогом с корицей и немножко валерьянкой — потому что у бабушки тоже иногда бывает дракончик, только очень уставший.

А потом Малышка встала, оглядела кубики и сказала:

— Ладно. Я их уберу. Но корону надену только после.

И убрала. Быстро-быстро, даже под кровать заглянула. А я, тапок, лежал там и думал: вот это да. Дракончика выпустили, а комната стала даже чище, чем была до бури.

Будильник Тик-Так посмотрел на меня и прошептал:

— Знаешь, я тут подумал. Может, и у меня есть дракончик? Он тикает громко, когда я волнуюсь.

— У тебя не дракончик, — сказал я. — У тебя просто пружинка. Но ты не переживай. Все иногда тикают громче.

Малышка надела корону — немного криво, но по-королевски. И легла спать.

А я остался у кровати, как верный страж. Левый тапок — самый надёжный тапок на свете. Я слышал, как Малышка дышит: вдох — выдох, вдох — выдох. И никакого дракончика. Только тихое, спокойное сопение принцессы, которая сегодня победила бурю.

Правда, утром она снова топала — потому что не хотела надевать носки. Но это уже совсем другая история. А я пошёл отдыхать под кровать. У меня, между прочим, тоже есть чувства. И левый тапок заслужил выходной.