Малышка и котёнок на крыше

Малышка и котёнок на крыше

За домом, где жила Малышка, росла большая яблоня. По вечерам она пахла сладко-сладко, как варенье из бабушкиной кастрюльки. И вот однажды, когда солнце уже стало оранжевым и тёплым-тёплым, Малышка услышала странный звук.

Мяу. Тихо-тихо. Почти шёпотом.

Малышка остановилась и прислушалась. Мяу. Снова! Она посмотрела вверх — и увидела на краю низкой сарайной крыши маленького серого котёнка. Он сидел и смотрел вниз большими жёлтыми глазами. И не прыгал.

— Ты застрял? — спросила Малышка.

Котёнок моргнул. Это, наверное, значило «да».

— Я сейчас придумаю! — сказала Малышка. Хотя внутри у неё было немножко страшно. Крыша была высоко. Почти как два Малышки, поставленных друг на друга.

Тут из-за кустика выкатился ёжик. Самый настоящий. Круглый, колючий, с чёрным блестящим носом. Он посмотрел на Малышку, потом на котёнка и сказал очень серьёзно:

— Хм. Хм-хм. Это сложная задача. Я бы залез, но у меня, как видишь, лапки коротковаты. Хм.

— Ты умеешь разговаривать! — удивилась Малышка.

— Все ежи умеют, — сказал ёжик с достоинством. — Просто обычно нас никто не спрашивает. Хм.

Малышка немного засмеялась. И страшно стало чуточку меньше.

— Как же нам помочь котёнку? — спросила она.

Ёжик наморщил носик, подумал и сказал:

— Вон там у стены лежит старая доска. Если приставить её к крыше — получится дорожка. Котёнок сам спустится. Но доску придётся нести тебе. Я не могу, у меня иголки. Хм.

Малышка посмотрела на доску. Потом на котёнка. Котёнок снова тихо мяукнул.

Малышка подошла к доске. Она была тяжёлая! И немного занозистая. Малышка взяла её крепко-крепко двумя руками и потащила к сараю. Пыхтела. Тащила. Пыхтела ещё. Наконец приставила один конец к крыше.

— Вот, — сказала она и немного запыхалась.

Котёнок посмотрел на доску. Потом опять вниз. Он боялся.

— Ты можешь, — сказала Малышка тихо и ласково. — Я здесь. Я держу.

Она положила руку на край доски, чтобы та не скользила. И стояла, и ждала.

Котёнок сделал один шажок. Потом ещё один. Потом зажмурился и пошёл — маленькими лапками, осторожно-осторожно — вниз по доске. И прыгнул прямо Малышке на грудь!

Он был тёплый. Мягкий. И немножко дрожал.

Малышка обняла его и почувствовала, как он начинает мурчать. Тихонько сначала. Потом громче. Как маленький моторчик.

— Хм, — сказал ёжик одобрительно. — Хорошо получилось. Хм-хм.

Малышка почесала котёнка за ухом. Котёнок зажмурился от удовольствия и мурчал, мурчал, мурчал.

— Как тебя зовут? — спросила Малышка.

Котёнок потёрся носом о её щёку. Наверное, это значило: «Теперь зови меня как хочешь».

— Тогда ты будешь Пуговка, — решила Малышка. — Потому что маленький и круглый.

Ёжик хихикнул — или это был такой особый ежиный звук, похожий на хихиканье. И пошёл по своим делам, шурша в траве.

А солнце стало совсем-совсем оранжевым и начало прятаться за яблоню. Стало тихо и тепло.

Малышка сидела на крылечке, и Пуговка лежал у неё на коленях, и мурчал, и мурчал. Яблоня пахла сладко. Где-то в траве шуршал ёжик — наверное, нашёл что-то интересное.

Малышка гладила котёнка и думала: сначала было страшновато. Доска была тяжёлая. Но она всё равно взяла и потащила. И вот теперь у неё есть Пуговка. Тёплый. Свой.

Котёнок мурчал тише и тише. И Малышка зевнула. И ещё раз.

Хорошо, когда берёшь и делаешь — даже если немножко страшно.