Как Малыш усыплял Луну (инструкция, которая всё перепутала)

Как Малыш усыплял Луну (инструкция, которая всё перепутала)

Малыш был уверен: спать — это для тех, у кого закончились идеи. А у Малыша идеи не заканчивались никогда. Особенно вечером.

В тот вечер он построил из подушек ракету и собирался лететь на ней к Сатурну. Но мама сказала:

— Пилот, через десять минут — умывание. Через двадцать — пижама. Через тридцать — вылет в кровать.

— Но у меня топливо не догорело! — возмутился Малыш.

— Догорело, — сказала мама. — Я видела, как ты допил чай.

Малыш вздохнул так тяжело, что занавеска шевельнулась. И тут, прямо за занавеской, что-то тихо сказало:

— Ох. Кто это тут так сильно дует? У меня чуть шапка не улетела.

Малыш отодвинул штору. На подоконнике сидел маленький человечек в серебристом комбинезоне и держался за шапку с помпоном. Шапка была ему велика раз в пять. Зато усы — как у старого моржа.

— Я Лунатор, — представился человечек. — Смотритель лунного сна. У меня беда.

— Какая? — заинтересовался Малыш.

— Луна не засыпает, — сказал Лунатор и постучал пальцем по стеклу. Малыш выглянул. Луна висела на небе, как тарелка, которую забыли убрать со стола. И правда — не спала. Она таращилась в окно и явно подслушивала.

— Я уже месяц не сплю из-за неё, — пожаловался Лунатор. — Она капризничает. Требует, чтобы её рассказали на ночь. А мне некогда — я сон развожу по домам. Ночью-то все должны спать. Ну, кроме меня. И кроме тебя, как я погляжу.

Малыш и сам не заметил, как зевнул.

— Так, — сказал Лунатор. — Слушай сюда. Вот тебе инструкция. Пять правил, как уложить спать Луну. Раз ты не спишь — будешь помогать.

Он вытащил из кармана сложенную бумажку и зачитал:

Правило первое: Луне надо спеть колыбельную. Только тихо-тихо.

Правило второе: Луне надо рассказать, как прошёл день. Только не хвастаться.

Правило третье: Луне надо дать что-нибудь мягкое. Только не своё одеяло.

Правило четвёртое: Луну надо погладить. Только не по лицу.

Правило пятое: Луне надо пообещать, что завтра будет интереснее, чем сегодня.

— Понял? — спросил Лунатор. — Выполняешь все пять — Луна спит, я сплю, все спят. Начинай.

Малыш почесал затылок.

— Ладно. Только я сначала умоюсь. У меня руки в чёрном — я штурвал на ракете клеил.

Он сходил в ванную, и вода в раковине была тёплая, и мыло пахло яблоком. Потом надел пижаму — ту самую, с ракетами на коленках. И только тогда вернулся к Лунатору.

— Так, — сказал Малыш. — Правило первое. Колыбельная.

Он запел. Тихо-тихо. Про то, как звёзды считают овец, а овцы — звёзды. Голос у Малыша был не самый певучий, но зато честный. Лунатор слушал, слушал и вдруг… захрапел. Прямо на подоконнике.

— Эй! — растолкал его Малыш. — Ты же говорил, что Луну надо укладывать. А сам спишь.

— Ой, — Лунатор подскочил. — Это я от волнения. Продолжай.

Правило второе: рассказать, как прошёл день. Малыш рассказал про то, как в садике строил мост из кубиков, а Аня его сломала, но потом они построили новый, ещё выше. Луна слушала, слушала и стала медленно опускаться — ей, видимо, стало скучно. Или наоборот, интересно. Малыш не понял.

— Правило третье! — сказал Лунатор и посмотрел на кровать Малыша.

— Не, — сказал Малыш. — Моё одеяло не отдам. Мама говорит, что одеяло у каждого своё, потому что сны в нём хранятся.

— А что тогда мягкое? — Спросил Лунатор.

Малыш подумал и притащил… подушку-думку. Ту самую, которую бабушка сшила в форме облака. Лунатор сначала надулся, но потом всё-таки взял её и подкинул вверх. Луна поймала подушку и прижала к себе, как пингвин яйцо. Сразу как-то погрустнела и притихла.

— Правило четвёртое, — прошептал Лунатор. — Погладь. Только не по лицу.

Малыш поднял руку и погладил Луну по боку. По круглому, тёплому боку. Луна засопела. И тут Малыш понял: она боится. Боится, что если заснёт, то пропустит что-то важное. Оказывается, не только Малыш так умел.

— Правило пятое, — сказал Малыш. — Пообещать, что завтра будет интереснее.

Он задумался. Что может быть интереснее, чем сегодня? Строить мост, лететь на ракете, допивать чай…

— Завтра, — сказал Малыш, — ты будешь не тарелкой. Завтра ты будешь… качелями! Я тебя покатаю. Только сначала надо поспать, чтобы силы были.

Луна вздохнула. Ти-и-ихо. И закрыла глаза.

Лунатор посмотрел на Малыша, потом на Луну, потом на спящую Луну. И вдруг сказал:

— Слушай, а ты, кажется, всё перепутал.

— Что перепутал? — не понял Малыш.

— Это не ты её укладывал, — сказал Лунатор. — Это она тебя укладывала. Пока ты пел, умывался, переодевался, рассказывал и гладил — ты сам почти уснул. А я просто наблюдал. Моя инструкция не работает. Никогда не работала. Потому что Луну нельзя уложить. Её можно только… отпустить.

Малыш хотел возмутиться, но глаза у него слипались. Лунатор подмигнул, снял свою огромную шапку и накрыл его — как одеялом. Шапка пахла звёздами, немного пылью и почему-то мандаринами.

— Ты не летишь на Сатурн, — сказал Лунатор. — Ты летишь в сон. Там тоже космос. И там тоже интересно. Даже интереснее. Потому что там можно всё. Даже то, чего нельзя.

Он щёлкнул пальцем, и за окном Луна, наконец, уснула. Небо стало тёмным и мягким, как бархат. Лунатор зевнул, свернулся клубочком в углу подоконника и засопел, причмокивая.

Малыш лежал в кровати. Тёплой. С ракетами на коленках. И чувствовал, как сон подкрадывается — не сзади, а как будто изнутри. Из его собственного одеяла. Он подумал: «Значит, не я укладывал Луну. Значит, всё наоборот. Ну и ладно. Завтра я ей расскажу, что летал к Сатурну. А она расскажет, что видела меня во сне. Договорились».

Он улыбнулся, повернулся на бок и уснул так крепко, что даже Лунатор перестал храпеть от зависти.

На подоконнике осталась лежать бумажка с инструкцией. На ней было пять правил. А внизу, мелким почерком, приписка: «Правило шестое: если не спится — придумай, кому ещё не спится, и помоги ему. Глядишь, и сам угомонишься».

Только кто её написал — Малыш так и не узнал.