Синий трактор и самый быстрый папа на свете

Синий трактор и самый быстрый папа на свете

Малыш лежал в кровати, а под одеялом у него урчал синий трактор. Не потому, что трактор был голодный, нет — просто Малыш тайком катал его по животу, а живот у Малыша был самый лучший в мире: тёплый, круглый и немножко щекотливый.

За стенкой папа смотрел по телевизору какой-то скучный взрослый хоккей и вздыхал так громко, что чай в чашке волновался.

— Малыш! — крикнул папа. — Спать! Иначе будешь как я — в шесть утра с красными глазами и без сил.

Малыш притих. Но тут же понял: в шесть утра с красными глазами и без сил — это же... Это же очень похоже на Шрэка! А Шрэк, если кто забыл, живёт в болоте, и у него тоже красные глаза, только потому что он зелёный.

Малыш вылез из кровати и зашлёпал босыми пятками по холодному полу — не к папе, а к большому фикусу в углу. Фикус был тёмный, таинственный, и пахло от него мокрой землёй после дождя.

— Фикус, — сказал Малыш шёпотом, — ты же знаешь, да? Где тут у нас волшебная дорога?

Фикус молчал. Он вообще был неразговорчивый, зато честный.

Малыш залез под фикус, закрыл глаза и представил, что он Питер Пен. Только не мальчик, который не хочет взрослеть, а мальчик, у которого есть синий трактор, и этот трактор умеет летать. Ну а что, все нормальные тракторы летают — просто не говорят об этом вслух, чтобы не задавали лишних вопросов.

И тут под Лёшиной пяткой что-то щёлкнуло. Пол стал мягким, как подушка, и запахло не землёй, а скошенной травой и мокрым песком. Малыш открыл глаза и увидел, что стоит не в комнате, а в самой настоящей канаве. В канаве текли не вода, а компот. Компот был яблочный, тёплый, и по нему плыли лодочки из половинок яблок.

— Ух ты, — сказал Малыш. — Вот это я понимаю — приключение.

Он зачерпнул ладошкой компот, попробовал. Вкусно. И тут из-за поворота выехал синий трактор. Настоящий. Большой, с блестящими фарами, он катил прямо по компоту, оставляя за собой пенные усы.

— Эй! — крикнул Малыш. — Ты куда?

— Туда, где не спят! — просигналил трактор.

— А кто не спит?

— Дракон!

Малыш задумался. Дракон — это, конечно, интересно. Но драконы, насколько Малыш помнил из книжки, должны спать в пещерах и храпеть так, что горы дрожат. А этот почему-то не спит. Значит, что-то случилось.

— А где он? — спросил Малыш.

— За рекой из компота. Но туда просто так не попасть. Там мост из папиных носков.

Малыш поёжился. Папины носки — это было серьёзно. Они лежали под креслом и пахли так, что даже моль обходила их стороной.

Малыш сел на трактор, и они поехали. Компот под колёсами булькал, как суп в кастрюле. На берегу лежали носки. Они были серые, с дыркой на пятке, и мост из них получился кривой, но крепкий.

На том берегу сидел дракон. Маленький, зелёный, с ушами, как у спаниеля. Он не спал. Он чихал. Каждый раз, когда он чихал, из носа летели искры, и трава под ногами подгорала.

— Ты чего не спишь? — спросил Малыш.

— Не могу, — прохрипел дракон. — У меня в ухе кто-то живёт. Шуршит. Я уже три ночи не спал. Я устал.

— А кто там?

— Не знаю. Может, жук. Может, ветер. Может, моя собственная мысль.

Малыш заглянул дракону в ухо. Там было темно и пахло серой и мятой. И что-то шуршало — тихо-тихо, как будто кто-то перелистывал страницы.

— Я туда не полезу, — сказал Малыш. — Я боюсь щекотки.

Трактор подъехал ближе и подал сигнал. Дракон вздрогнул и чихнул ещё раз.

— Слушай, — сказал Малыш. — А ты когда-нибудь пробовал спать наоборот?

— Как это — наоборот?

— Ну, головой туда, где хвост. Может, тогда шуршание окажется с другой стороны.

Дракон задумался. Мысль была странная, но других не было. Он лёг, перевернулся, как большая зелёная кошка, и положил голову туда, где раньше был хвост. И тут же засопел.

Шуршание прекратилось. А знаете почему?

Потому что это был вовсе не жук и не ветер. Это был... папин храп. Папа спал в соседней комнате и храпел так громко, что его храп долетал даже в сказочную страну и застревал в ухе у дракона. А когда дракон перевернулся, храп стал слышен не в ухо, а в хвост. А хвост у дракона был глухой. Совсем. Как валенок.

Малыш засмеялся. Оказывается, папа храпит не просто так. Папа храпит и спасает драконов.

Он погладил дракона по тёплой чешуе. Трактор довольно урчал. Компот тихо журчал.

— Ну, я пошёл, — сказал Малыш. — А то папа проснётся и будет искать.

— Спасибо, — пробормотал дракон сквозь сон. — Ты настоящий Питер Пен.

— Нет, — сказал Малыш. — Я Малыш. Но это почти одно и то же.

Он вернулся под фикус, вылез из-под него и забрался в кровать. Синий трактор урчал под одеялом.

За стенкой папа перестал храпеть и теперь просто дышал — тихо-тихо, как море в ракушке.

Малыш закрыл глаза и улыбнулся. Завтра он обязательно расскажет папе, что тот спасает драконов. Папа, конечно, не поверит. Но это ничего. Главное, что Малыш знает.

Он заснул. И ему снился дракон, который спал наоборот и улыбался во сне.