Малышка и маленькая фея именинного света

Малышка и маленькая фея именинного света

Есть такое время — прямо перед сном, когда за окном темнеет, а в комнате ещё тепло и пахнет молоком и ванилью. Вот в такое время с Малышкой и случилось кое-что удивительное.

Малышка лежала в кроватке и смотрела на ночник. Ночник светил тихо-тихо, оранжевым, как маленькое солнышко. И вдруг — тюк! — прямо в этот свет влетела крошечная фея. Такая маленькая, что помещалась на ладошке. Крылышки у неё были как у стрекозы — прозрачные, и от них по потолку бегали радужные пятнышки.

— Ой! — сказала Малышка.

— Ой-ой-ой! — сказала фея и потёрла нос. — Я немножко промахнулась. Я летела на праздничный огонёк, а попала… куда попала?

— Ко мне, — сказала Малышка.

— Ко-о-о-о тебе! — фея покрутилась на месте и захлопала в ладоши. — Но это же замечательно! Потому что именно тебя я и искала! Ты Малышка?

— Да, — кивнула Малышка.

— Тогда всё правильно! — фея уселась прямо на край подушки. Звали её Зёрнышко — так она сама и сказала, очень гордо. — Я Зёрнышко. Фея именинного света. Я прилетаю к тем, кому сегодня исполняется два года!

Малышка подняла два пальчика — вот так.

— Два! — сказала она.

— Именно два! — Зёрнышко достала из кармашка что-то совсем крошечное. Это была искорка. Живая, золотая, она прыгала на ладони у феи, как маленький зайчик. — Это твоя именинная искорка. Я должна её куда-то спрятать. Туда, где она будет греть тебя целый год. Но куда? Вот в чём вопрос!

Зёрнышко нахмурилась и стала думать. Она думала так старательно, что крылышки её замерли и радужные пятнышки на потолке перестали бегать.

— Может, в подушку? — предложила Зёрнышко.

— Там щекотно, — сказала Малышка.

— Верно! — согласилась фея. — Может, в ночник?

— Там горячо.

— Тоже верно! — Зёрнышко вздохнула. — Видишь ли, я немного рассеянная. Все феи именинного света — немного рассеянные. Это потому что нас очень много зовут сразу. Сегодня у многих деток день рождения!

Малышка посмотрела на искорку. Та прыгала и светилась.

— Можно я подержу? — спросила Малышка.

— Ну… — Зёрнышко поморщилась. — Обычно я сама прячу. Но ладно. Только осторожно!

Малышка протянула ладошку. Зёрнышко положила искорку. И тут произошло кое-что, чего фея совсем не ожидала.

Искорка не стала прыгать. Она просто легла на ладошку Малышки и засветилась тихо-тихо. Потеплела. И стала такой круглой и спокойной, как маленькое солнышко.

— О! — прошептала Зёрнышко. — Вот это да.

— Что? — спросила Малышка.

— Она нашла место сама, — сказала фея совсем тихо. — Искорка всегда сама знает, где ей лучше всего. А лучше всего ей — в руках того, кому она принадлежит. Понимаешь?

Малышка не совсем понимала. Но ладошке было очень тепло. И хорошо.

— Ты будешь носить её внутри, — сказала Зёрнышко. — Не в кармане, не в подушке. Вот тут. — Фея коснулась крошечным пальцем груди Малышки, прямо там, где стучит сердечко. — Она будет греть тебя, когда холодно. И светить тебе, когда темно. И в следующий раз, когда тебе будет два года… ой, нет, два у тебя уже было. В следующий раз, когда тебе будет три, я прилечу снова!

— И снова промахнёшься? — спросила Малышка.

Зёрнышко засмеялась. Смех у неё был как маленькие колокольчики.

— Наверное! — сказала она. — Я же рассеянная. Но я всегда попадаю куда надо. Просто не сразу.

Она расправила крылышки — радужные пятнышки снова побежали по потолку — и взлетела к ночнику.

— Спокойной ночи, Малышка. С днём рождения.

— Пока, — сказала Малышка.

И фея исчезла в оранжевом свете.

Малышка закрыла глаза. Ладошка ещё была тёплой. И внутри, вот тут, где сердечко, что-то тихонько светилось.

За окном было темно. В комнате было тепло. И пахло ванилью.

Малышка спала.